Из этой всеиндийской метафизики света вытекает несколько следствий, а именно: 1) что наиболее адекватное проявление божества происходит посредством света; 2) что те, кто поднялся на высокую ступень духовности, — то есть, по индийской терминологии, достигли или хотя бы приблизились к положению «освобожденного» или Будды, — сами тоже способны испускать свет; 3) и наконец, что космогония может быть уподоблена явлению светоиспускания. Проиллюстрируем каждый из этих выводов несколькими примерами.

Световые теофании

О том, что образцовая теофания представляет собой ослепительный поток света, известно каждому читателю Бхагавад-гиты. Вспомните знаменитую XI главу, в которой Кришна является Арджуне в своем истинном обличий, суть которого — огненная масса.

Если бы тысячи солнц распространяли все разом в небесах свое сияние, Это было бы тогда как свет благородства [XI, 12]. Таким я тебя вижу — кто и когда тебя видел? — вокруг Сверкающим, какясность огня и солнца, огромным [XI, 17]. Без начала, без середины, без конца, бесконечно могущественный, Бесконечно сильный! Луна и Солнце — твои глаза, Таким я тебя вижу, лицо, пылающее огнем, Твой блеск озаряет мир [XI, 19]. Ты достигаешь небес, ты сверкаешь тысячею красок, Рот твой разверст, большие твои глаза пылают! Твои рты с торчащими зубами — Словно огонь уничтожения [XI, 24–25].

Но этот пример — лишь самый знаменитый среди бесчисленных световых эпифаний в Махабхарате и в пуранах

В XII книге Махабхараты Вишну является окруженный сиянием, сравнимым с излучением тысячи солнц. И текст добавляет: «Проникая в этот свет, смертные, изучившие йогу, достигают окончательного освобождения»

Этот последний пример иллюстрирует два факта: что свет — это самая суть божества, но также и то, что существа, совершенные в мистическом смысле, испускают сияние. Образ Шветадвипы